В Художественном музее в программе Транссибирского Арт-Фестиваля открылась выставка «Константин Петров. Жизнь в искусстве».
Константин Петров — народный художник, академик Российской академии художеств. Пейзажи, натюрморты, портреты — на персональной выставке представлены более шестидесяти произведений, которые отличаются его особенной стилистикой.
«Культура Новосибирска» записала интервью художника на открытии выставки.Школа академическая, Суриковский институт, Московский государственный. Чему вас научили ваши преподаватели?
Я учился в родительной мастерской. У Николая Пономарева, народного художника СССР. Зураб Церетели, тогда он был президентом Академии художеств СССР. Борис Успенский, Анатолий Якушин. Суриковский институт дает академическую школу. Это ремесло.
Ваш диптих называется «Москва — Санкт-Петербург». Слева Питер, справа Москва. В Москве это вид с крыши Большого театра.
В Питере вид из отеля «Амбассадор» с седьмого этажа. Там Исаакиевский собор, Петропавловка. Такая метафорическая картина — чернота и блеск двух столиц.
Когда я работаю, у меня все время включен телевизор. Я больше его слушаю. Программы о бывших разведчиках, истории о Великой Отечественной войне, о Гражданской войне, о Первой мировой. Вдохновляет подвиг. Тем более сколько людей, чьи подвиги неизвестны.
Я много пишу на пленэрах, в Переславле-Залесском в основном. Эту работу я писал при минус 24 градусах. Обычно у меня уходит несколько часов. Минут 30 пописал, в машине 15 минут посидел. Потом опять на улицу. Дело привычки.
Выставка проходит в рамках Транссибирского Арт-фестиваля. Расскажите о ваших впечатлениях.
Фестиваль сам потрясающий. Я был на открытии фестиваля и в прошлом году. Надо отдать должное Вадиму Репину, который этот фестиваль организует и проводит. И я хотел бы еще сказать, что, с одной стороны, фестиваль — это такое очень радостное, доброе, помпезное событие. Люди приходят на концерт, на выставку, аплодируют, величайшие музыканты выступают. Но подготовка всего этого мероприятия, фестиваля — это, во-первых, аккумуляция денежных средств, людских ресурсов, нужно все состыковать, организовать, продумать. Это огромный труд, работа 24 на 7 без выходных.
То, что мы видим уже непосредственно на фестивале, на сцене, это 5, дай бог, 10 процентов всей работы. Остальное все проходит за кулисами, невидимая работа.
В Новосибирске я оказался по приглашению музея, директора Екатерины Болдыревой, которая является членом, академиком Российской академии художеств. И музей, и Российскую академию художеств связывают крепкие отношения. Научные и творческие выставки.
Здесь проходила выставка и бывшего президента Российской академии художника Зураба Церетели, и наших коллег по цеху, академиков Виктора Калинина и Евгения Ромашко. Сейчас вместе со мной проходит выставка Полетаева, нашего академика.
План моей выставки начал формироваться год назад, поэтому я хотел поблагодарить руководство музея за предоставление такой возможности.
В Новосибирске в октябре прошлого года открывался большой академический проект «Живописная Россия», в котором я участвовал. Однако это моя первая персональная выставка в Новосибирске и первая за Уралом.
У меня нет работ, написанных в Сибири, поэтому хотелось бы поездить по окрестностям, посмотреть, подумать. Произведения сразу не рождаются.
Говоря о моей сегодняшней выставке. Я православный человек, верующий. В храмах я изображаю абсолютно конкретных людей. Сюжеты написаны в Переславле-Залесском, в Никитском монастыре. Я хорошо знаком с архимандритом Дмитрием Хромцовым, игуменом монастыря. Это в маленькой его келье рядом с амвоном люди ждут причастия. И всех я могу назвать. Это вот Анна, Ольга. Люди ждут батюшку, исповеди. А это рядом в монастырем, это стол для подачи записок.
Вы работаете над эскизами прямо там, в храме?
В храме я что-то зарисовываю, иногда фотографирую. Остальное, конечно, написано в мастерской в Москве.
Это 130 километров от Москвы, у Союза художников России там есть Дом творчества имени Кордовского, такая небольшая гостиница, удобно остановиться. И город красивейший, он считается колыбелью русского флота. Вы знаете, что Петр Первый ботик там нашел, который вдохновил его на изучение морского дела. Плещеево озеро, река Трубеж, пять монастырей, множество храмов, очень уютная речка, ивы. Летом там вообще сказка.
Здесь представлен Дербент. В 2010 году в Дербенте у меня была выставка. Тут московские пейзажи. Тоже Переславль, сирень в Переславле. Вот лодочки переславские. Традиционная тема. Трубеж, лодки, рыбачки, дети купаются. Здесь же испанская тема. Я в начале 90-х годов три года провел в Испании. Отсюда серия пастелей и акварелей. В экспозиции представлены шесть работ из испанской серии. В основном юг, Гранада, Кордова, Марбея, Малага. Какие-то вещи я делал в Испании, какие-то уже в Москве.
Про академическую школу. Это важно?
Чтобы стать профессионалом в своем деле, нужно научиться хорошо собирать машину, хорошо собирать компьютер, шить сапоги, одежду. Потом уже можно экспериментировать. Дилетантство сразу видно. Какая бы ни была современная живопись, навороченная, абстрактная и так далее. Даже секунды хватает, чтобы посмотреть на полотно и увидеть профессионала, есть ли у человека школа, база или нет. Есть о чем с ним говорить или это просто «выпендреж».
Есть на выставке какие-то ваши работы, которые вызывают у вас особое состояние, с которыми связаны какие-то истории?
На лодочке такая история. Лето, жарко, рядом речка Трубеж, она не широкая, она буквально как от этой стенки до этой. Лодочки, все, дети купаются, подростки лет 12-15. Видно, что они все друг друга знают, мальчики, девочки ныряют в воду. Общаются включительно матерным языком. И вот один парень ко мне подошел, смотрит работу, говорит: «Дядь, можно посмотреть? Красиво, дядь». Думаю, дай-ка я с ним побеседую. Говорю: «Ты школьник?» — «Да, школьник, каникулы». Говорю: «А ты, наверное, знаешь ребят?» — «Да, мы все вместе учимся». Говорю: «Наверное, есть у вас русский язык?» — «Да, есть, конечно». Я говорю: «А что читаете?» — «Там "Му-Му", "Капитанскую дочку"». Я говорю: «Ну и как, ничего там, красиво написано?» — «Ну да, нормально, пойдет». Я говорю: «Вот Лермонтов, Пушкин, видишь, как они писали красиво». — «Ну да, вроде ничего». Я говорю: «Ну что ж вы общаетесь между собой, у вас мат-перемат, хотя бы какое-нибудь красивое слово вставьте». Он посмотрел на меня и говорит: «Дядь, ты что, мы в свободной стране живем».
Здесь тоже все с натуры, натюрморты. У меня в мастерской много всякого старья, барахла, утюги, самовары, крынки, стекло. Я с них натюрморты пишу. Это вид из окна. Салон красоты на соседней улице.
Вы сейчас преподаете?
Я преподаю в Суриковском, в Строгановке. Преподаю уже 20 лет с лишним. Кроме того, что я еще работаю в Российской академии художеств и творчески работаю практически каждый день у себя в мастерской.
На выставке представлено несколько этапов в живописи. Здесь совершенно экспрессионизм. Там такое реалистическое искусство. У вас это параллельно происходит?
Как-то одновременно все. С годами что-то меняется. Восприятие, какие-то свои внутренние состояния.
Фото и видео: Карина Дрёмина