Возможна ли жизнь театров вне государственного финансирования? Наша редакция задалась этим вопросом и провела собственное исследование. Мы поговорили с лидерами нескольких частных театров, чтобы выяснить, как они возникают, чем живут, с какими проблемами сталкиваются и о чем хотят поговорить со зрителем.
Нашими собеседниками стали: Александр Гинтер (Сибирский камерный театр «13 трамвай»), Анастасия Журавлева (Театральная компания «Гамма»), Артем Марков и Александр Сорокин («Мой театр»), Сергей Трофимов (Гастро-театр «Красная Мельница»), Артем Березиков (Поэтический театр «Муза») и Сергей Афанасьев, художественный руководитель Новосибирского городского драматического театра, в качестве признанного эксперта в сфере театра.
Существует ли жизнь театра вне бюджета? В отличие от жизни на Марсе, определено! И весьма активная. Количество негосударственных театров Новосибирска сегодня приближается к двум десяткам (это помимо студий, кружков, творческих объединений и сообществ, не оформленных юридически и не поддающихся исчислению). Они работают в самых разных жанрах и направлениях: классические, репертуарные, антрепризные, поэтические, эстрадные, кукольные и даже гастрономические. Театры разные нужны, театры разные важны! Казалось бы, девять государственных театров с лихвой покрывают театральные потребности новосибирцев. Однако процесс возникновения театральных инициатив, авторы которых отважно бросаются в зыбкие воды самоокупаемости, ни на секунду не пресекается. Жизнь их, как правило, ярка и недолга, но ряду проектов удается достичь успеха, оформиться в устойчивое, долгосрочное образование, занять свою театральную нишу.
Фото из архивов театра «Красная Мельница», Валентин Копалов
Нам не удалось вывести универсальную формулу успеха частного театра. Ее очевидные составляющие — сильная мотивация, команда единомышленников, грамотный маркетинг, внятная творческая концепция и увлеченность, граничащая с одержимостью, которая помогает преодолевать трудности. И, конечно, нечто неуловимое, то, что находится в руках судьбы.
Главная причина непрерывного процесса рождения, угасания, рождения новых театральных звезд — жажда свободы и самореализации. Амбициозный, ищущий, неуспокоенный театральный люд хочет творить свободно и без ограничений.
Фото из архивов театральной компании «Гамма», Александр Брежнев
Анастасия Журавлева (Театральная компания «Гамма»):
«Когда актер приходит в государственный, или даже в частный, но крупный театр, он вынужден работать по правилам, которые существуют в этом театре. Они могут быть хорошими, но не такими, какие нравятся, но в этом случае, артист – часть большого механизма. Артист растет, меняется, взрослеет и хочет реализовываться! Артист для этого и приходит в профессию. И он начинает искать способы попробовать себя в том или ином качестве». И вот здесь и приходит негосударственный формат, в котором есть место эксперименту и поиску. Большой театр не пойдёт на эти риски».
Есть и более прозаическая причина театральных инициатив — желание дополнительного заработка. Артисты и режиссеры тоже люди и питаются не только творчеством. Каждый год театральный институт выпускает немалое количество актеров и режиссеров, которым нужна работа. Да и актеры на службе государственных театров не всегда удовлетворены материально и охотно участвуют в частных проектах. Но если кто-нибудь вдруг заподозрит такую подработку во второсортности результата, смело отметайте подозрения: никто не захочет потерять свое профессиональное лицо! Тем более что нередко в процессе работы происходит смена мотивации.
Фото из архивов театра «Мой театр», Анастасия Эпова
Артем Марков и Александр Сорокин («Мой театр»):
«Некоторые актеры действительно приходят, чтобы подзаработать. Но, создавая театр, свою публику, атмосферу спектакля и закулисья, многие это отодвигают на второй план. На первый выходят перспективы творчества. Кто-то начинает предлагать свою музыку для спектаклей, кто-то — целые театральные проекты… Они начинают реализовываться, и, если вдруг (всякое бывает…) в зале сегодня 20 человек, они будут работать как на полный зал. Если к нам приходят люди исключительно за деньгами, мы с ними не работаем».
В каждом театре есть ядро инициаторов и единомышленников, как правило, профессиональных актеров и режиссеров, вокруг которого образуется более-менее стабильная труппа и административно-технический персонал. В какой-то момент этот остов образует практически семейное сообщество, которое тоже во многом определяет успешность театра. Спросите любой театральный коллектив, даже достаточно большой, наверняка его участники ассоциируют себя с семьей, где у каждого есть своя роль и функция. Если не притерся, не нашел своего места, ищи другую семью. Интересно, что создателями трети частных театров являются семьи в буквальном смысле, как правило, супруги-единомышленники.
Фото из архивов театра «13 трамвай», Виктор Дмитриев
Помимо основного состава, все частные театры приглашают на постановки актеров и режиссеров-постановщиков из государственных театров. Нельзя сказать, что работодатели поощряют подработку своих работников, случается и профессиональная ревность… Иногда даже актеры опасаются указывать в программках свои имена. Однако руководство, как правило, понимает, что актеры — свободные люди, а не крепостные. Скрепя сердце, они смиряются, с условием, что «левая» самореализация не помешает основной службе.
Александр Гинтер (Сибирский камерный театр «13 трамвай»):
«Невозможно запретить человеку работать и подрабатывать где угодно. Я не против этого, я, скорее, претендую на право первой ночи. Если человек работает в каком-то театре и ему надо где-то быть, значит, это первично по отношению ко всему остальному. Этой формулы более чем достаточно. И тогда все, на мой взгляд, становится корректным».
Фото из архивов НГДТ под руководством Сергея Афанасьева
В палитре частных театров в нашем городе присутствует и антреприза (в Доме актера), давнее, вполне успешное и пользующееся вниманием зрителей предприятие. При некоторой «сборности» творческого состава частных театров, которая присуща антрепризе, их тоже можно было бы счесть таковой, однако большинство участников нашего диалога дружно открещиваются от самого этого слова. Сергей Афанасьев предположил почему и тем самым обозначил отношение наших частных театров к своему продукту.
Сергей Афанасьев (НГДТ под управлением Сергея Афанасьева):
«Это слово утратило свой первоначальный смысл. Когда-то в России была только антреприза. В переводе с французского — это предприятие. Люди создают его для того, чтобы получать прибыль, чтобы кормиться. Ничего плохого в этом нет. Но, как правило, антреприза считается носителем легкого жанра и достаточно низкопробного, она играет на каких-то низменных чувствах зрителя, подбрасывает какую-то клубничку. И так и бывает очень часто. Зритель на это очень падок. Это легкие интересы».
У наших собеседников антреприза ассоциируется с группкой столичных актеров, гастролирующих по стране с реквизитом и костюмами, умещающимися в клетчатом бауле из челночных 90-х. Ну, не будем о грустном…
Необходимость как-то успешно существовать (чтобы не сказать «выживать») все же иногда вынужденно влияет на репертуар: не нужно быть провидцем, чтобы предсказать, что широкая публика с большим удовольствием воспримет легкий, комедийный жанр и развлекательный формат, чем серьезные классические постановки. И в этом ее сложно упрекнуть. Всем нужно отдыхать и убегать от насущных проблем! Ряд театров это нисколько не пугает, они честно и откровенно ориентированы на отдых и развлечение, местами привлекают публику эпатажем (впрочем, и государственные театры этим не гнушаются), другие пытаются найти баланс между возвышенным и земным, привлекают единомышленников и зрителей, не поступаясь своими творческими устремлениями и интересами.
Фото из архивов НГДТ под руководством Сергея Афанасьева
Внимательное и уважительное отношение к зрителю культивируют все театры: начиная от вешалки, как положено, красивых, стильных или соответствующих концепции театра интерьеров, заканчивая активным непосредственным взаимодействием и изучением зрительских потребностей через социальные сети и мессенджеры, программы лояльности. Анастасия Журавлева, например, перед каждым спектаклем кланяется публике и благодарит за проявленный интерес, организует необычный проект «Зрительская лаборатория», в которой зрители после читки пьесы обсуждают ее и рекомендуют (или нет) к постановке. Ясно, что после этого зритель уже не просто зритель, а активный соучастник проекта, небезразличный к результату. «Мой театр» стремится создать спектакли для разных целевых аудиторий — для матерей, семей трудных подростков, любителей психологической драмы и настоятельно рекомендует перед походом на спектакль изучить его жанр и назначение. Лидеры театра общаются со зрителями круглосуточно, даже если кто-нибудь в 4 часа утра пришлет извинение, что не придет на спектакль по причине беременности. «Красная мельница» не согласна мириться с очередями в гардеробе и столпотворением у кофейных столиков и создает зрителям максимальный комфорт и уют («Ни единой жалобы, сервис отличный!»)
За редким исключением, частные театры занимают свои арендованные помещения и, по возможности, оснащают и оборудуют их под свои задумки. Это небольшие залы, вместимостью от 50 до 120 мест. С большим или меньшим успехом залы постепенно заполняются, театры медленно и упорно завоевывают зрителя, прикладывая недюжинные творческие и организационные усилия. И, понятно, постоянно лавируют между творческими интересами и финансовой возможностью их реализовать.
Фото из архивов НГДТ под руководством Сергея Афанасьева
Серьезный театр, по мнению Сергея Афанасьева, не может не быть дотационным. Несмотря на неизбежное ограничение свободы высказывания и необходимость обслуживать определенные интересы, театр вынужден стремиться рано или поздно перейти на государственное довольствие ради финансовой устойчивости и свободы от бремени бытового выживания. Ради одной свободы приходится поступаться другой. Из двух жертв…
Сергей Афанасьев:
«Когда-то давно, когда мы начинали, мы не были государственным театром. Я хотел, чтобы понятие психологического театра не вызывало сарказма, потому что это действительно великое и совершенно уникальное достояние культуры нашего народа, которого больше нигде нет. Традиционный русский театр тогда просто погибал. И мы хотели этим заниматься свободно, чтобы никто не мешал. С конца 80-х возникло такое театральное движение — театр-студия на хозрасчете. Всем казалось, что это спасение, билеты продал, деньги получил и их достаточно для того, чтобы жить и развиваться. Но это далеко не так. Мы пять лет влачили жалкое нищенское существование, которое, впрочем, никак не влияло на результаты нашей работы. Но я с первого же дня искал возможность стать государственным театром. Не знаю, какое провидение нам помогло, но в 1993 году мы получили государственную поддержку».
Фото из архивов театра «Муза», Николай Шабаев
Однако далеко не все частные театры стремятся пересесть в лодку стабильного бюджетного финансирования. Вернее — почти никто не спешит. Сегодня для них ценность свободы самореализации важнее жесткого бюджетного корсета. А счастливцы, вкусившие бюджетного пирога в виде гранта любого уровня, оставляют этот изысканный десерт на самый крайний случай, больно уж бремя отчетности хлопотно и несоизмеримо со скромным количеством съеденного.
Артем Березиков (Поэтический театр «Муза»):
«Все, что есть в нашем театре, куплено нами за наши деньги, с небольшой субсидиарной помощью от государства, которая помогла купить часть оборудования, но это только часть. Если вдруг нас пригласят в бюджет, мы будем сильно думать. Наша сила — в нашей самобытности. Бюджетные учреждения выполняют госзаказ, и мы не знаем, будет ли заказ на наш жанр. Мы имеем счастье заниматься тем, что нам нравится и приносит удовольствие. Когда ты ощутил кайф от этого, другой жизни, пусть даже более спокойной, уже не захочется».
Фото из архивов театра «13 трамвай», Виктор Дмитриев
Тем не менее, театрам без бюджетных дотаций приходится нелегко. И они не отказались бы от такой формы поддержки, которая позволила бы им оставаться независимыми и не сильно обремененными рутиной бесконечных отчетов. Жаль, формы оказания поддержки в духе «Налей и отойди!» пока не существует и вряд ли появиться. Бюджетные деньги требуют строгого контроля и учета.
Как правило, в частных театрах все тяготы административно-хозяйственной деятельности берут на себя люди творческих профессий — актеры, режиссеры. Актеры при этом вполне успешно справляются с непрофильной деятельностью, поскольку считают, что их основная профессия делает их пластичными и легко обучаемыми. Александр Гинтер, единственный предприниматель, взявшийся за продвижение сразу нескольких культурных проектов, в число которых посчастливилось попасть театру «13 трамвай», подходит к делу как бизнесмен и считает, что мало производить классный творческий продукт, нужно и важно уметь его и себя продавать. С этим в нашем городе большая проблема, и не только в сфере театра.
Каждый негосударственный театр создает свое пространство, достаточно замкнутое или более открытое. Но есть и практики вполне успешного творческого и дружеского взаимодействия и взаимовлияния разных частных театральных проектов («Гамма», «Мой театр», «13 трамвай»). В этом перекрестном процессе каждый участник получает свой бонус: кто-то — новый творческий импульс, кто-то — узнавание и продвижение, кто-то — сценическую площадку. Чего нельзя сказать о практике взаимодействия государственных и негосударственных театров, которая в нашем городе весьма незначительна, вернее — практически отсутствует. По мнению Анастасии Журавлевой, государственные театры не рассматривают частные компании как партнеров, и это одна из значительных проблем, сужающих возможности обогащения театральной палитры города и расширения зрительской аудитории.
Анастасия Журавлева:
«По идее, создавая общий совместный продукт, мы могли бы получить неожиданный результат, соединяя государственный академический театр с возможностями, ресурсами другого экспериментального пространства, наполненного любовью и даже какой-то отвязностью, в хорошем смысле слова. В других городах это существует. Но у нас частно-государственное партнерство в театральной сфере пока маловероятно…».
Пример такого совместного продукта- спектакль «Агенты праздника», созданный государственным театром и частной компанией «Гамма», который 8 лет шел в театре «Красный факел» и гастролировал при полных аншлагах. Других подобных примеров, пожалуй, и не вспомнить…
Если у наших читателей появилось желание немного поближе познакомиться с нашими героями и ощутить дух каждого театра, представляем такую возможность. Но лучше приходите в театр и получите свои впечатления!
Фото из архивов театральной компании «Гамма», Александр Брежнев
Театральная компания «Гамма», пожалуй, наиболее долгосрочный театральный проект. Он возник, когда молодые, самоуверенные, но многообещающие студенты Павел Поляков и Павел Южаков заинтересовали уже опытного продюсера Анастасию Журавлеву раскрутить их юмористическую инициативу. Проект «Постибушки», затем «ХаМы!» собирали полные залы и постепенно обросли большим количеством талантливых актеров, которым хотелось сделать что-то серьезное. Так возник первый серьезный спектакль, затем еще и еще… Объединение сегодня можно назвать творческой лабораторией. Здесь много творчества, идей и экспериментов, много популярных новосибирских актеров, профессиональные режиссеры, разные форматы спектаклей, в том числе — авторских, продуманный маркетинг и стратегия работы со зрителями. Все это всегда обеспечивает стабильно высокую профессиональную планку. Проект не имеет своего помещения, его спектакли обычно играют на площадках «Старого дома», филармонии, кукольного театра, «Моего театра» и других площадках. Вопросов конкуренции, которые, казалось бы, могут возникать, когда приходишь в Тулу со своим самоваром, не возникает. Анастасия считает, что нет конкуренции между людьми, она есть между амбициями. Театрам же, наоборот, выгодно предоставлять свои площади в выходные дни, они не пустуют. «Гамма» гастролирует также и в других городах — Томске, Красноярске, Кемерово, Новокузнецке, Барнауле. Отсутствие помещения не мешает работе, поскольку, по мнению Насти, актеры по природе путники, это было бы существенно при постоянной труппе. Сейчас для проекта гораздо более важна своя репетиционная база.
Фото из архивов театра «13 трамвай», Виктор Дмитриев
Сибирский камерный театр «13 трамвай» настолько прочно и основательно вошел в театральную жизнь Новосибирска, что многие удивляются, что это негосударственный театр. Просто в какой-то момент все сошлось: у Сергея Афанасьева был классный выпуск в театральном институте, все ребята талантливые, крепкие; у Афанасьева был хороший знакомый предприниматель в культурной сфере — Александр Гинтер; просто один уважаемый человек подал Александру идею создать в «Подземке» настоящий классический камерный театр. Несколько лет и помещений назад он был создан и сегодня успешно работает, развивается, и, что немаловажно, практически себя окупает. В театре много необычных экспериментальных постановок, но он неуклонно двигается курсом классического русского театра. Александр Гинтер считает, что для новых постановок театру сегодня не хватает интересного репертуара, современных «чеховых» маловато. Этот недостаток восполняется художественной, либо режиссерской работой, переосмыслением и переработкой какого-то литературного или исторического материала. На что всегда можно рассчитывать в театре — так это на хорошую актерскую школу, авторский взгляд, молодую энергетику и вкусный кофе.
Фото из архивов театра «Мой театр», Анастасия Эпова
«Мой театр», созданный режиссером Артемом Марковым и актером Александром Сорокиным, в прошлом году отработали свой первый сезон, за который успели сформировать солидный репертуар из 12 спектаклей. Кое-что в репертуаре — продукт прошлой совместной деятельности, поскольку этому творческому тандему уже много лет. Оба лидера — увлеченные выпускники нашего театрального института, желающие идти своим путем и создавать свой театр. Видимо, по этой причине Александр не принял приглашение войти в труппу Городского драматического театра и ушел «на вольные хлеба». Помещение театра, которое раньше занимал театр п/у С. Афанасьева, собственноручно отмыли, отремонтировали и запустили. Как и их соратники по частным театрам, ребята замыкают на себе практически все творческие и административные вопросы. Большой штат, где напротив каждого вопроса стоит своя штатная единица, — здесь непозволительная роскошь.
Творческая концепция театра в том, чтобы каждый зритель нашел что-то свое и мог сказать, что это — «Мой театр»! Не чуждые экспериментам, театр изучает зрительский спрос и предлагает разнообразный репертуар, включая комедии, психологические драмы и моноспектакли. Каждый спектакль является самостоятельным проектом, который создается отдельной командой под руководством режиссера или актера, имеет свой стиль и тематику. «Мой театр» полон надежд доказать себе и зрителям, что он является не просто театральным сообществом, а полноценным классическим театром. И, глядя на этих молодых, думающих, целеустремленных ребят со своим мнением и видением, понимаешь, что у них есть все шансы сделать это.
Фото из архивов театра «Муза», Николай ШабаевПоэтический театр «Муза» — единственный в нашем городе театр, который ставит поэтические спектакли. И второй в России (первый, разумеется, в Москве). Он создан совсем недавно и явился воплощенной мечтой супружеской пары, увлеченной поэзией (они же- основные актеры театра). Артем Березиков считает, что идея такого формата давно витала в воздухе, поскольку в городе очень много людей, разделяющих поэтические интересы создателей поэтического театра. Поэтические спектакли ставились, но у них не было дома. Теперь в небольшом камерном, близком к зрителю пространстве он появился. Артем и его супруга Галина взяли на себя еще и просветительскую миссию, проводят интерактивные лекции «Нескучно про поэзию, живопись, музыку», проект «Открытый микрофон» и «Сцена поэту», где любой желающий может прийти и почитать любимые или свои собственные стихи. Пока в репертуаре театра 5 спектаклей, но планируется расширение репертуара и доведение до полноценного репертуарного театра, в котором есть все театральные жанры. Слово «поэтический» в названии характеризует не только, и не столько жанр, сколько настроение, с которым сюда приходит зритель.
Фото из архивов театра «Красная Мельница», Валентин Копалов
«Красная мельница» называет себя гастротеатром. Театральное искусство здесь подают за столиками вместе с куриными крылышками и пивом. «Фу-фу-фу», хотите сказать поклонники высокого искусства? А людям нравится! Заведение не пустует и уверенно занимает не слишком заполненную в городе развлекательную нишу, что весьма и весьма востребовано у желающих отдохнуть красиво и со вкусом. И не думайте, что в репертуаре превалируют постановки с перчинкой, хотя название явственно намекает на кабарешный формат первоисточника (далеко не всегда, кстати, посетители знают, что эти красивые ноги в сетчатых чулках родом из Мулен Ружа и что это вообще такое). Да и сам Мулен Руж место историческое, и неизвестно, стал бы без него Париж Парижем, а Тулуз Лотрек — Тулузом Лотреком. Но, как говорится, не чулками едиными… В постановках новосибирского Мулен Ружа есть и на что посмотреть, и над чем поразмышлять, а если посетители откладывают вилку и погружаются в действие, основатели театра, супруги Трофимовы, очень довольны. Они, пришедшие к такому формату из ивент-сферы, ответственно подходят к репертуару, имеют постоянную труппу, приглашают профессиональных постановщиков, художников, известных новосибирских актеров. В театре есть еще и камерный зал для бэби-театра, где проходят кукольные спектакли и работают с особенными детьми. Так что социальная миссия театра выполняется не только в сфере комфортного и красивого отдыха трудящихся…
Фото из архивов театральной компании «Гамма», Александр Брежнев
Пусть не обижаются театры, не попавшие в поле зрения нашего исследования, — уж больно обширна и многозначна городская театральная нива. В ней и классические спектакли, и кукольные, и антрепризы, и развлекательные: «Театр 54», «Среда», антреприза в Доме актера — театры «хорошего настроения» с профессиональными актерами и, в основном, комедиями в репертуаре, «Пилигримы» — независимый профессиональный театр кукол с авторскими спектаклями в камерном уютном пространстве, Новосибирский театр эстрады — еще один театр, совмещенный с гастрономией, театры «Мистерия», «Заводной апельсин» и т. д. Кроме статистически учтенных частных театров, как уже упоминалось, существует большое количество негосударственных проектов, не являющихся частными театрами де-юре, но де-факто ярко заявляющих о себе и занимающих достаточно заметное место в театральном пространстве Новосибирска. В этом контексте не можем обойти вниманием такой независимый театральный проект, как Творческое объединение «Понаехавшие». Проект, который курирует Юлия Брязгова, организует спектакли, литературные вечера, квартирники и объединяет известных, талантливых и любимых зрителями новосибирских актеров разных театров. Сообщество, возникшее из постановок в краснофакельском театральном кафе, некоторое время трансформировалось в различные образования и теперь с огромным успехом выступает на площадках КК «Победа» и других сценических площадках. Этот «трушный», как нынче выражаются (в смысле настоящий, истинный, честный) проект, уверенно завладел сердцами своих поклонников, без него картина независимых театральных инициатив была бы неполной.
Но на полноту данное исследование и не претендует, нельзя объять необъятное. У нас не было ни этой цели, ни желания испытывать терпение читателей более обстоятельным углублением в бездонное пространство творческого и организационного процесса каждого негосударственного театра. Лишь желание «вбросить тему», заинтересовать и мотивировать на дальнейшее самостоятельное погружение. Кто захочет, найдет информацию. Нынче это не проблема.
Театры всегда создавались и будут создаваться, и это прекрасно! Не столь важно, сколько проживет то или иное театральное сообщество, каким будет жанр и формат спектаклей, каковы степень их свободы и размер театральных залов. И пусть все полуторамиллионное с большим хвостиком население Новосибирска поголовно не посещает театр, но от тех, кто посещает, кругами по воде расходятся волны, формирующие культурный облик и среду города, претендующего на звание культурной столицы России. Вкус — дело наживное, стоит только начать.
Текст: Ольга Рахманчук
Фото обложки: из архивов театра «Мой театр», Анастасия Эпова