Несомненным открытием уходящего театрального сезона стали «Бесы» художественного руководителя театра «Красный факел» Андрея Прикотенко.
Масштабная работа по роману Федора Достоевского стала частью дилогии с премьерной постановкой «Мертвых душ».
Эпический охват, бескрайние российские просторы, фигура героя, которого окружающие воспринимают как полубога, — все это «Бесы».
Концептуальный и нестандартный в своем исполнении, однако действующий по законам произведений Достоевского — «Бесы» — претендент на самые высокие оценки аудитории и профессиональной среды.
Зритель шаг за шагом прослеживает историю великого автора с точки зрения видения режиссера — тонко очерчивающего ее ткань по средствам актуальных художественных приемов — холодно и эмоционально, но и в платонике чувств, акцентируя внимание на ее диалогах, глубине характеров, эффектах и четком построении действия.
«Этот во многом жуткий, а во многом смешной роман Достоевского — очень сложный для сценической композиции. Наверное, самый сложный в моей жизни. Все линии соединяет фигура Ставрогина, причем здесь вновь, как и с Чичиковым, возникает ситуация, когда окружающие наделяют человека сверхчертами, которыми он вовсе не обладает, и он неосознанно оказывается в центре внимания. Мне интересно рифмовать “Бесов” с “Мертвыми душами”, тем более что у Достоевского есть для этого крючки», — отмечает режиссер Андрей Прикотенко.
«Бесы» — роман-предчувствие, напоминающий о том, что уже случилось и повторится вновь. Поэтому мы наблюдаем за ним линейно — события прошлого переплетены с событиями ближайшего будущего. Они окрашены светом и пеплом, и вместе с тем накалены до предела, будто ее герои фантомны как призраки, а все происходящее неизменно преследует нас во времени.
На фоне рассвета тайного общества левого толка события разворачиваются согласно канону сюжета: новая идеалогия приводит к столкновению убеждений и чаяний поколения молодых и борьбу протагонистов — Верховенского и Шатова, Ставрогина и Кириллова.
За спиной отечества в революционном пылу плетутся интриги и совершаются преступления. Наступает заря антигосударственного движения, а в судьбе героев — переломный момент.
И пусть в самом названии романа «Бесы» Достоевский будто выносит свой приговор, его содержание не может быть неизменным. Ведь то, каким образом художники, переосмыслившие трагедию, его покажут зрителю, мы можем оценить только здесь и сейчас.
Роман в веках, как вечная тень, сегодня рассказывает нам о тчетности стремлений, идей и их смерти, как птица Феникс возникая в воссозданных образах на сцене театра.
Текст: Мария Белоногова
Фото: Василий Вагин
18+
Масштабная работа по роману Федора Достоевского стала частью дилогии с премьерной постановкой «Мертвых душ».
Эпический охват, бескрайние российские просторы, фигура героя, которого окружающие воспринимают как полубога, — все это «Бесы».
Концептуальный и нестандартный в своем исполнении, однако действующий по законам произведений Достоевского — «Бесы» — претендент на самые высокие оценки аудитории и профессиональной среды.
Зритель шаг за шагом прослеживает историю великого автора с точки зрения видения режиссера — тонко очерчивающего ее ткань по средствам актуальных художественных приемов — холодно и эмоционально, но и в платонике чувств, акцентируя внимание на ее диалогах, глубине характеров, эффектах и четком построении действия.
«Этот во многом жуткий, а во многом смешной роман Достоевского — очень сложный для сценической композиции. Наверное, самый сложный в моей жизни. Все линии соединяет фигура Ставрогина, причем здесь вновь, как и с Чичиковым, возникает ситуация, когда окружающие наделяют человека сверхчертами, которыми он вовсе не обладает, и он неосознанно оказывается в центре внимания. Мне интересно рифмовать “Бесов” с “Мертвыми душами”, тем более что у Достоевского есть для этого крючки», — отмечает режиссер Андрей Прикотенко.
«Бесы» — роман-предчувствие, напоминающий о том, что уже случилось и повторится вновь. Поэтому мы наблюдаем за ним линейно — события прошлого переплетены с событиями ближайшего будущего. Они окрашены светом и пеплом, и вместе с тем накалены до предела, будто ее герои фантомны как призраки, а все происходящее неизменно преследует нас во времени.
На фоне рассвета тайного общества левого толка события разворачиваются согласно канону сюжета: новая идеалогия приводит к столкновению убеждений и чаяний поколения молодых и борьбу протагонистов — Верховенского и Шатова, Ставрогина и Кириллова.
За спиной отечества в революционном пылу плетутся интриги и совершаются преступления. Наступает заря антигосударственного движения, а в судьбе героев — переломный момент.
И пусть в самом названии романа «Бесы» Достоевский будто выносит свой приговор, его содержание не может быть неизменным. Ведь то, каким образом художники, переосмыслившие трагедию, его покажут зрителю, мы можем оценить только здесь и сейчас.
Роман в веках, как вечная тень, сегодня рассказывает нам о тчетности стремлений, идей и их смерти, как птица Феникс возникая в воссозданных образах на сцене театра.
Текст: Мария Белоногова
Фото: Василий Вагин
18+
